Эйлин взглянула на него:

— Да, думаю, так оно и было.

— Когда я брал пиво, то заметил у него там что-то типа мастерской. Похоже, он и дома трудился над этими бомбами.

Пит улыбнулся:

— Тебя не заботило, что в один прекрасный день дом мог взлететь на воздух?

Эйлин покачала головой:

— Он никогда не приносил домой ни пороха, ни динамита. Просто изучал механизмы.

Мы с Питом пробыли еще полчаса, а потом распрощались. Пит уселся за руль машины и включил зажигание.

— Сколько они были женаты, Фред?

— Два года, — сказал я, — и ты об этом знаешь так же хорошо, как я.

Он кивнул:

— Тебе когда-нибудь приходило в голову, что по большей части видишь людей «при параде» и понятия не имеешь, что у них там творится, когда тебя нет поблизости.

— Они неплохо ладили, — отвечал я, — в противном случае они всегда могли бы подать на развод.

Пит свернул в поток машин на восьмую авеню:

— Там разбросаны схемы, в подвале, я имею в виду. — Он остановился на светофоре: — Это какой-то ужас, Фред. Но по крайней мере, О'Брайен был человеком осмотрительным. Однажды он сказал мне, что застрахован на сумму в пятнадцать тысяч долларов, кажется.

Я выбросил сигарету в окно:

— Нам лучше вернуться к Стюарту, прежде, чем удастся встретиться с адвокатом.

У Стюарта было время на раздумья. Но похоже ничего путного он так и не надумал. Когда мы с Питом вошли в комнату, он вздрогнул.

Пит снял куртку и набросил ее на спинку стула:

— А вот и я, Стюарт, ты думал обо мне?

Стюарт резко дернул головой:

— Я же сказал, вообще ничего не знаю об этих бомбах.

Пит наклонился близко к Стюарту:

— Тебе не удавалось ничего подобного раньше? Так, немного калек. А вот нынче твой час пробил. Все будут читать о тебе.

Глаза Стюарта вспыхнули.

— Мистер Стюарт, — сказал я, — все мы от вас хотим всего лишь простого подтверждения. После этого вы можете разговаривать с репортерами, если хотите. Я уверен, что ваше фото неделями не будет сходить с первых полос.