Неполные десять страниц Кюхельбекер кончает словами: «Продолжение когда-нибудь». Вряд ли сам автор придавал серьезное значение своей хлесткой сатирической зарисовке. Но, если вдуматься, он совершил открытие, а именно: он обнаружил, что в стране Утопии можно увидеть не только то, что хочешь, но и то, чего не хочешь. Пройдет, пожалуй, более ста лет, прежде чем это никем не замеченное открытие разовьется в мощный жанр антиутопии и романа-предупреждения. Хотя их следы будут нам попадаться и раньше.

От декабриста Кюхельбекера мы переместимся на противоположный политико-литературный полюс и заглянем в собрание сочинений Фаддея Булгарина. Едва ли в истории русской журналистики и литературы есть имя более презираемое, чем это (Катков еще, быть может). Булгарина и помним-то мы главным образом по убийственным пушкинским эпиграммам. Верноподданнический писатель, осведомитель III отделения, травивший в своих газетах и журналах передовую, реалистическую литературу, он тоже питал влечение к жанру утопии. Несколько неожиданно, не правда ли? Что поделать, хронологически очередное произведение, попадающее в рамки нашего обзора, принадлежит именно ему. В 1824 году в «Литературных листках» появились «Правоподобные небылицы, или Странствование по свету в двадцать девятом веке». Необходимо, впрочем, отметить, что это был краткий период в жизни Булгарина, когда он занимал двойственную позицию, дружил с Грибоедовым и даже сотрудничал в рылеевской «Полярной звезде». А в самом произведении нет ничего сверхреакционного, оно, так сказать, умеренно консервативно, но в этом смысле не более, чем, скажем, написанная несколько позже известная утопия В. Ф. Одоевского «4338–й год».