И вот из этой нирваны меня опять вытаскивает ведро холодной воды. Я снова на земле. Слышу голос моего главного мучителя:

- Поднимите его.

Вновь подхватывают под локти те двое, которые держали меня во время избиения, руки по-прежнему скованы наручниками. Больно, очень больно, я медленно поднимаю голову. Не делать резких движений, только медленно. Голова болит, в правом глазу пульсирует кровь, изображение нечеткое, плывет в такт толчкам крови. Сердце, ну почему же такое сильное!

- Ну, что, старший лейтенант, надумал?

Говорить я не могу, губы разбиты, части зубов нет в помине, если бы не поддерживали - упал бы. Медленно, очень медленно, чтобы не закричать от боли, разрывающей голову, я мотаю головой.

- Нет? - мой мучитель не удивлен, скорее раздосадован. Он подходит ближе и кричит мне в лицо: - Нет?!

- Нет, - я стараюсь ответить ему как можно тверже, но скорее не голос, а дыхание, похожее на стон, выходит из меня.

Что есть сил, я напрягаюсь. Знаю, сейчас последует возмездие за очередной отказ.

Удар в живот, я сгибаюсь пополам и лечу назад - меня уже не держат за руки. Ударяюсь о стену спиной, потом затылком и теряю сознание. Темнота, спасительная темнота - может, я умер? Было бы неплохо. Всяко лучше, чем изо дня в день переносить побои, когда каждая клетка тела молит о пощаде, мозг постоянно взрывается искрами боли, из глаз уже непроизвольно текут слезы.

И снова боль, ослепляющая боль приводит меня в сознание. Почему я не умер? Почему у меня такой крепкий организм?

Шевелю руками. Руки свободны. Медленно, опираясь спиной, локтями, стараюсь приподняться вверх. Встаю. Держусь за стену, начинаю осматриваться. Все, я "дома".

Начинаю ревизию собственного тела.