Он объяснит без тени улыбки, что "Бог хранит Америку", что она пользуется "дарами Божьими", потому что метафизически "Америка руководствуется только благими намерениями". Американские пуритане (из ЦРУ) просто взяли на вооружение немецкий лозунг "С нами Бог!" Считая свою страну "истинным Израилем", они подчиняют свою внешнюю политику теократическим обоснованием, точно так же, как Ислам. Поэтому не следует удивляться (а наивные неоконсерваторы удивляются), что американская политика на Ближнем Востоке воспринимается мусульманами как религиозная война.

Однако теологический провиденциализм, который видит в Америке орудие Бога, знает ответы на все возражения. Почему американская внешняя политика часто поддерживает или устанавливает тиранические режимы, свергая другие такие же? Не является ли американский морализм маской, скрывающей империалистические интересы? Ничего подобного, отвечает неоконсервативный публицист Майкл Ледин в "Нью-Йорк Таймс" от 7 апреля 2003 г. "Америка всегда была самым ненадёжным союзником для диктаторов". США, заверяет он, имели дело с тиранами, либо приводя их к власти, либо предоставляя им свободу действий (включая Саддама Хуссейна), от Сталина до Франко, от Пиночета до руководителей современных мусульманских стран и различных военных диктатур, азиатских и южноамериканских, более или менее деспотических, руководствуясь временными тактическими соображениями, а не интересами. Однако при первой возможности отважные США восстанавливали Добро, свободу и демократию. Ледин заключает: "Всегда мы возвращались на путь борьбы за свободу. Ирак – самое последнее доказательство". Как трогательно! Задаёшь себе вопрос, лицемерны или искренни подобные рассуждения? Хуже всего, что они часто искренни.

А поскольку "божественное благословение" всегда довлеет над американской внешней политикой, когда американская авиация бомбит и убивает гражданское население, совершает ужасные массовые убийства, как во время Второй мировой войны, речь идёт либо об "ошибках", либо о "необходимых грехах". Цель оправдывает средства, точно так же, как для Ленина: конечная победа Добра делает простительным зло, которое временно приходилось творить.