Вашингтон также разработал доктрину абсолютного военного превосходства, являющуюся сердцевиной НАИ, превосходства, какого мир не видел со времён Карла V. Отсюда значительное увеличение военного бюджета, который уменьшился, когда кончилась холодная война, и ни одна держава не угрожала больше непосредственно США. Около половины мировых военных расходов направляется уже не на массовые армии, а на гипер-технологические возможности ведения войны, и НАИ делает ставку на вооружение, чтобы достичь гегемонии, которую США не могут больше сохранять, опираясь на свою экономическую, торговую, финансовую и культурную мощь.

Речь идёт о революции. До сих пор американский милитаризм считался оборонительным оружием, средством сдерживания внешних угроз, а прямыми наступательными средствами были экономически-культурные. Теперь настала иная эпоха. Уолл-стрит передал эстафету Пентагону. Милитаризм стал средством устрашения. Сегодня оно используется против Ирана и Сирии. Но проблема в том, что великая держава, которая использует прямые угрозы, а не убеждения, идёт на большой риск, особенно в нынешнем мире, где понятие "мощи" лишилось прежнего смысла.

Эта стратегия устрашения может увенчаться успехом, но только временным, так как американский народ совершенно не готов испытать на себе последствия настоящей войны даже с державой средней руки. США пытаются таким способом оттянуть момент своего неизбежного упадка. Это может длиться лет пятнадцать, не более.