В воображаемом мире НАИ мы находим не только традиционный американский мессианизм (протестантскую идеологию борьбы со Злом, отождествление США с Истинным Израилем, теорию воплощённой Судьбы и т.д.), но и обращение к более новым американским мифам. Это, прежде всего, образ шерифа, героический долг которого – поддерживать порядок в борьбе с бандитами в "мировой деревне", которой теперь стала вся Земля, как некогда в посёлках на Диком Западе. Кроме того, назойливо обыгрывается тема борьбы против Гитлера и вступления американцев во Вторую мировую войну – акт, с которого началась американская гегемония. США (как революционная Франция, но в гораздо более широких масштабах) взяли на себя роль освободителей мира от тиранов. Для этого нужно без конца создавать запас демонических тиранов (желательно небольшой) для борьбы с ними и обновлять его.

Империализм оправдывает себя тем, что он должен "поспешить на помощь угнетённым", – обычное оправдание войн со времён Французской революции. Вестерны, сцены кавалерийской атаки для освобождения колонистов, окружённых дикими индейцами, несомненно, повлияли на мышление руководителей США, питавшихся голливудскими фильмами и телесериалами.

Не будем забывать и о желании отомстить за унижение во Вьетнаме, которое оставило глубокие следы. Американцы хотели бы переиграть "Новый Апокалипсис" и на этот раз остаться победителями. Поучительным образом изменяется также история с нападением американских солдат на Могадишо в фильме "Падение чёрного сокола". Вспомним также, как повлиял на воображение нынешних американских руководителей образ Рэмбо в исполнении С.Сталлоне: будучи брутальным боксёром или одиноким воином, Рэмбо остаётся "убийцей по закону". Дональд Рамсфелд открыто сравнивает себя с Рэмбо.