- И заменит иной раз, если надо, - вставила, входя, хозяйка.

Бригадир сурово глянул на нее, и та замолчала, принялась старательно складывать дрова. Шандыбович не любил, когда женщины вмешивались в мужской разговор.

- Я только из уважения, - снова повторил он. - Жили бы по-соседски, как и раньше, с твоим батькой. А там... - Хозяин хитро сморщился, и две половины его бороды будто отвернулись одна от другой. - А там кто знает? Если бы, дай бог, все хорошо было, так, может, и породнились бы.

Виктор смущенно заморгал и без нужды поправил рукой свою короткую светлую стрижку.

- Может, еще по маленькой возьмем? - спросил бригадир и уже ласково взглянул на хозяйку.

Виктор помотал головой.

- Так ты, мать, иди, иди! - приказал Шандыбович, и глаза его сурово и как-то лихорадочно блеснули. - Завтра приезжает к нам высокий гость, - завел бригадир новый разговор, - так надо приготовиться - куренка какого-нибудь прикончить, поросеночка.

- А что за гость? - поинтересовался Виктор.

- Председатель колхоза нашего.

Виктор так громко захохотал, что бригадир даже отпрянул от него.

- Вот нашли гостя! Он ведь каждый день должен бывать в бригаде. Это его обязанность!

- Ну, не очень-то побываешь каждый день, когда тут даль такая, сдержанно заметил бригадир. - Легковой машины у него еще нет, а на грузовой бока поотбиваешь на пнях да на колдобинах. Должен тебе сказать, сосед, не очень везет нам в эти годы с председателем. Меняются, как карты. Не успеешь привыкнуть к человеку, разглядеть его как следует, а тут раз - бумажка: уже сняли. С год назад сунули на ферму нашего старого председателя, прислали из района заведующую чайной. Ну, чайная так чайная. Нам что? Особенно тут, в Крушниках. Помощи большой мы ни от кого не ждали и не ждем. Нам важно, чтобы не особенно мешал человек. Ну, эта чайная всего один раз и побывала тут. Выспалась, сходила по ягоды, и после этого мы ее больше и не видели. Говорят, послали на какой-то маслозавод.