Не все бои у нас на первых порах получались гладко. Нам однажды рассказывал Митусов о первом своём бое в этом районе:

— …Внизу показались какие-то крестики. Всматриваемся. Да ведь это «Тандерджеты», а ещё ниже их — «Шутинг стары»! В шлемофоне прозвучала короткая команда нашего ведущего. Четко выполнив манёвр, идем в атаку. Даже на пологом пикировании машина стремительно набирает скорость. Вражеские самолёты всё ближе. По какому из них стрелять?! Пока я выбирал цель, — говорит он, — мой самолёт уже врезался в боевой порядок «Тандерджетов», а затем, при выходе из пикирования «провалился» ещё ниже. Самолёты противника была справа, слева, выше, ниже. Целей много, и все кажутся удобными для атаки, но обстрелять я их не успел. Наша атака была внезапной. Лётчики противника, а их было около тридцати, а нас всего шестёрка, всё же растерялась. Они были ошеломлены неожиданным появлением нашей группы. Они всегда в этом районе над боевыми порядками наземных войск действовали безнаказанно, и вдруг…!

Ни один из них не открывал огня. Эта растерянность была нам на руку. Имея преимущество в скорости, я выбрал наконец цель. Вот чуть ниже, впереди, уходит Ф-84. Догоняю его, прицеливаюсь, нажимаю на гашетку… Ни одного попадания. Снова прицеливаюсь— мимо. Противник без особого труда увёртывается от трасс. Ещё раз выхожу в атаку на четвёрку вражеских самолётов, появившихся слева. Догоняю крайнего ведомого и, уровняв скорость, тщательно целюсь. Теперь, кажется, правильно. По фюзеляжу и плоскости «Тандерджета» поползли темные полоски дыма. В это время замечаю, что примерно в километре сзади и чуть ниже на мою машину нацеливаются два вражеских самолёта.