Она покопалась в сумочке и показала несколько сторублевых купюр.

— О! Давай, милая, к нашему столу!.. — обрадовался Вася.

— Нет! — запротестовал Никита.

Альбина глянула на него так, что у него сразу пропала всякая охота мешать ей.

— Сядь, пожалуйста, к дверям, — сменила она гнев на милость.

И мягко, даже нежно улыбнулась ему. Никите оставалось лишь пожать плечами. И сесть поближе к дверям. Илье Григорьевичу это почему-то не понравилось. Никита видел, как тот озабоченно посмотрел сначала на Альбину, потом на него…

— Моя ставка копейка, ваша — пятьдесят рублей, — уточнила Альбина.

Она и Васе улыбалась. Эта улыбка делала ее наивной.

— Конечно, конечно…

Вася потасовал карты. Взялся за верхнюю.

— Черная, — назвала цвет Альбина.

— Красная…

— Черная…

— Красная… — довольно улыбнулся Вася.

— Снова черная…

Улыбка сошла с лица Васи. Он понял, какую игру повела Альбина. Она загоняла его в ловушку.

Она называла только черную масть. Оригинальный ход. Если бы до Никиты сразу дошло, что в колоде половина карт черной масти, а другая половина красной… А вот Альбина догадалась….

Она угадала ровно половину карт. Как и должно было быть.

— Подобьем итог? — спросила она.

Итог был неутешительным для Васи. Он задолжал Альбине четыреста семьдесят два рубля тридцать две копейки…

— Еще? — спросила Альбина. Вася побагровел от злости.

— Или, может, Никита сыграет. — Она многозначительно посмотрела на него. — Я ему одолжу денег… Или он не может отыграться…

— Нет-нет, — замахал руками Вася. — Мне уже к себе в купе надо, устал я тут с вами…

— Ну что ты, Василий!..

Никита понял, что у него есть возможность отыграться. И отпускать Васю он никуда не собирался.