— Альбина!..

— Что Альбина?.. Я уже шестнадцать лет Альбина…

— Шестнадцать лет, а ума нет…

— Нет, — неожиданно быстро согласилась она. — И, наверное, не будет…

На глазах у нее блеснули слезы. Она всхлипнула

— Ты в милицию не заявишь? — жалко посмотрела она на него.

— Я что, похож на стукача?..

Альбина сразу успокоилась. Вместо слез в глазах появилось ехидство.

— На Кроша ты похож…

— На кого?..

— Фильм есть такой, про Кроша. Про придурка с комсомольским прожектором в заднице… Тот бы точно в милицию побежал…

— Но я же не побежал…

— И правильно сделал… Не в милицию меня надо, а в лечебницу…

— В какую лечебницу?..

— Не знаю. Может, психиатрическую…

— Зачем?..

— Болезнь у меня, Никита. Неизлечимая болезнь. Клептомания называется. Не слышал о такой?

Невероятная девчонка. Невозможно понять, когда она шутит, когда говорит всерьез.

— Может, и слышал. А может, нет…

— Клептомания — это когда невмоготу как украсть хочется…

— Что украсть?..

— Да что угодно… Да ты не думай, такое со мной не каждый день бывает. Это как эпилепсия, приступами накатывает…

— Значит, у тебя вчера был приступ…

— Был… Только ты не думай, в бумажнике всего сто рублей было… Врет мужик, не было там никакой тысячи…

— Может, дашь посмотреть?

— Обойдешься!

— А ты еще и врать мастерица…

— Я не вру! Я ввожу в заблуждение!.. И вообще, если не нравлюсь, скатертью дорожка. Держать не буду, плакать тоже…

В том-то и дело, что Альбина ему нравилась. Чертовски нравилась. Именно чертовски, а не как-то иначе. Потому что она — не просто девчонка. Она самая натуральная чертовка. Бес в ней вовсю резвится. На гиблую тропу ее толкает. Или она уже давно стоит на ней двумя ногами.