— Вы в одном вагоне ехали? — спросила бабушка. В одном купе, мог бы добавить Никита. И про карты мог бы рассказать, и про бумажник. Но, естественно, не стал делать этого.

— В одном, Дарья Тимофеевна, в одном, — кивнула Альбина.

Сама невинность. Кроткая овечка…

— А я как знала, что вы договоритесь в одно время ехать… Вместе, поди, по Москве-то гуляли?

— Вместе, — кивнула Альбина.

И здесь она врет. Или вводит в заблуждение?..

— Никита столько интересного про Москву знает…

— Он много знает, — закивала бабушка. — Он у нас умный мальчик. Круглый отличник, два языка знает…

Никита мечтал сейчас только об одном — провалиться сквозь землю.

* * *

— Никита, а почему ты из дому никуда не выходишь? — спросила бабушка. — Сиднем сидишь…

— А куда ходить?..

— Как куда? На море…

— А-а, надоело!

— Так ты ж ни разу еще не купался, а уже надоело…

— Не с кем туда ходить…

Это верно. Все дружки его куда-то подевались. Родиона посадили. Юрка в мореходке два года отучился — сейчас у него практика. Генку в армию забрили.

— Хочешь, я с Альбиной поговорю?.. Вместе на море ходить будете… Никита вспыхнул:

— А вот этого не надо!

— Ну как знаешь… — хитро посмотрела на него бабушка.

Думает, что он влюбился. Только зря радуется. Потому что он и на самом деле влюбился — в этом-то и беда.

Три дня он уже в Тепломорске. И все эти дни провел в добровольном затворничестве. Мысленно боролся с Альбиной. Пытался вытравить из себя тягу к ней. Только, увы, от этого его к ней тянуло еще сильней.

Он мог бы отправиться к ней. Она живет совсем рядом. Но понимал: не могут они быть вместе. Ничего хорошего из этого не выйдет…