— Сиди, киска, не дергайся…

— Сейчас мы тебя к Никите твоему повезем, — осклабился мужчина за рулем. — Пистолет привезла?

— Нет, — моментально сориентировалась Тамара. — Не нашла…

Мужчина помрачнел. Видно, ему очень нужен был пистолет.

— А мы сейчас посмотрим, — человек сзади сорвал сумку с ее плеча.

Тамара не успела ему помешать.

— Есть ствол… Ха! Даже в коробке…

— Ствол руками трогала? — спросил лже-Никита.

— Трогала! — еще не зная, зачем ему это нужно знать, кивнула Тамара.

— Значит, не трогала… — усмехнулся мужчина.

Он зачем-то достал из кармана чистый носовой платок. Положил его на ладонь. На эту же ладонь лег пистолет Никиты.

— Что вы собираетесь делать? — взвизгнула Тамара.

Кажется, она все поняла. Направленный на нее ствол подтвердил ее догадку. Но ничего поделать она уже не могла.

В голове что-то взорвалось. Громко, ослепительно. Страшная боль и спираль, закручивающаяся в вечность.

* * *

Марта никакая. Слабая, еле говорит. Лицо в царапинах. Губы потрескавшиеся, местами кровоточат. Но все же хоть и кое-как, но дела идут на поправку.

У нее отдельная палата. Сестра-сиделка при ней постоянно. Никита три раза в день у нее бывает.

Через пару деньков он домой ее заберет. Комнату под палату оборудует. Все условия создаст. Личный врач подле нее будет дежурить. Пусть и больная, но Марта должна быть дома.

Болезнь у нее не заразная — как у Кати, жены покойного Павла. Ей не обязательно в стационаре лежать.

Марта будто виновато смотрела на него. Взгляд тусклый. Веки слипаются В глазах нет живого огонька. Словно не Марты глаза…

— Извини, я так плохо себя чувствую, — прошептала она.

— Все будет хорошо. Доктор сказал, что дело на поправку пойдет. Как только от потрясения оправишься…