Финал рассказа, на мой взгляд, весьма забавен. Во-первых, князь проявляет гуманизм и отказывается от изобретенного умельцем могучего оружия под тем предлогом, что оно будет убивать слишком много "степных шельм", у которых тоже дети есть. Благородство славянского "государя" просто покоряет. Правда, несколько портит впечатление показательная казнь пленных степняков, а заодно с ними и мастера. Видимо, это понадобилось автору для того, чтобы придать действию хоть какие-то черты "жестокого времени", в которое этот альтруист-князь как-то совершенно не вписывается. Рассказ "Сон" целиком и полностью посвящен вопросам палеоконтакта. Перед читателями вновь раскладываются пасьянсы "доказательств" -- Атлантида и Баальбек, фрески Тассили и всемирный потоп, -- короче, весь джентельменский набор "фактов", не единожды использовавшихся в псевдонаучных спекуляциях фон Дэникена и А.П.Казанцева, и не единожды отвергнутый специалистами по проблеме SETI как беспочвенное фантазирование (см. хотя бы статью А.Арефьева и Л.Фомина "Баллада о космических "ушельцах"", "Техника -- молодежи", 1987, ## 6,8,10,11.). Оригинально трактует Ю.Глазков появление у нашей планеты столь непропорционально большого спутника, как Луна: это-де инопланетный космический корабль ("Это наш корабль, имя ему Луна, отныне это ваше ночное солнце..." (с.63)), на котором пришельцы прибыли из глубин пространства. Появившись возле нашей планеты, Луна вызывает своим гравитационным полем огромную приливную волну, уничтожающую целые континенты; немногие туземцы спасаются благодаря тем же пришельцам, которые заблаговременно уводят их в горы. Вызвавших всемирную катастрофу инопланетян туземцы почитают за благодетелей, хотя о причинах бедствия гости говорят вполне открыто и, похоже, угрызениями совести не мучаются, ибо видят "светлое будущее во мраке настоящего" (с.63). Выводы насчет идейной глубины рассказа предлагаю сделать самим читателям, тем более, что эти выводы достаточно очевидны. Другой рассказ, "Мастерок", решен автором в классической манере НФ "ближнего прицела" начала пятидесятых годов.