Здесь мы наблюдаем принципиальное отличие профессионала от дилетанта, даже не представляющего, что значит – роман. Для того, чтобы построить величественный храм, надо рассчитать давление свода на колонны заранее, иначе свод упадет на головы верующим. Мы говорим, что конструкция сюжета представляет из себя экспозицию (выяснение обстоятельств будущего конфликта), завязку (возникает и прорастает зерно основного конфликта), развитие действия (конфликт во всей своей красе раскрывается), кульминацию – наивысшее напряжение всех сил конфликта, и, наконец, развязку – разрешение конфликта противодействующих сил. Чудесно. Но эта архитектоника рассчитывается до того, как мы написали роман до середины и не знаем, куда теперь повернуть. Казалось бы, очень просто, но почему-то мало кто хочет это делать прежде, чем свод раздавит несчастного читателя.

Как складываются вместе стальные проволоки и проковываются, образовывая в итоге дамасский клинок, так основная, стратегическая линия сюжета складывается из уймы вспомогательных сюжетообразующих линий. И экспозиция, скажем, сюжетообразующей линии № 3 может по времени действия романа или просто по месту в тексте не совпадать с экспозицией генерального сюжета или с экспозицией линии № 8. То есть, по одной сюжетообразующей линии идет экспозиция, по другой уже давно произошла завязка, по третьей, возможно, происходит развитие действия, четвертая подходит к своей личной кульминации, и после развязки больше не возникнет в романе…

Это – полифония.

Многоголосие – существенная характеристика романа.

Ошибся на полтона – все полетело, аккорд не состоялся, гармонии каюк. Писатель – он СЛЫШИТ. Так же, как это делает дирижер: «Вторая скрипочка! У вас третья струна на четверть тона сбоит – подтяните!». А если не слышит – гнать такого дирижера. Пусть в ресторане «Мурку» лабает: там и полтона фальши – не шибко серьезная проблема.