Если теперь перейти к рассмотрению американского изобразительного искусства, то оно оставит у нас в точности такое же впечатление, как и литература: перед нами искусство, нуждающееся в чужеземном влиянии, способном стимулировать творческие импульсы. Это искусство — тоже плод, созревший в особой материалистической атмосфере Америки; пропитанное духом бостонского синклита, оно взошло на волне самого что ни на есть тяжеловесного патриотизма. Американцы — нация торговая, привыкшая продавать и покупать, а отнюдь не народ, творящий или хотя бы любящий искусство. Все явления, встречающиеся на их жизненном пути в сфере торгового обмена или финансовых сделок, их мозг схватывает мгновенно, зато искусство никак ими не воспринимается. Устроить себе «тихий день» не в их привычках, не станут они и тратить время, чтобы прислушаться к чему-то стороннему. Истинный янки, сугубо правоверный в своих вкусах, для развлечения предпочтет отправиться в «Атенеум» с целью изучения патентов, нежели пойти в оперу слушать Вагнера, и, если бы этого не требовали приличия, может, и супруга его и барышни-дочки тоже не пошли бы туда.