Так, в раздумьях, он прошёл всего метров сто и тут же вляпался в другую историю.
Браток очень неслабой комплекции, качок такой, разговаривал с какой-то длинноногой девчонкой. Ноги у этой девчонки, не как у степногорских, у которых ноги возникали, откуда ни возьмись, а потом куда-то пропадали, нет, они имели начало и конец. Здесь были завершённые линии! Все дорисовано! Картина, одним словом!
Хотел Дёма тихо-мирно мимо пройти, да тут, как назло, у парня-качка из заднего кармана фотография выпала. Лежит, и никто её не замечает. Демьян не из вежливости (имел он эти манеры на разные манеры!), а чтобы девчонку поближе рассмотреть, поднял фотографию, и к парню:
— Держи, брат, уронил!
Качка даже передёрнуло всего:
— Засунь её туда, откуда достал! — зло прошипел он Дёме. — Не моя это фотка.
Но девица сразу поняла, что дело нечисто, схватила картинку и спутнику своему тихо так говорит:
— Не твоя? А если получше посмотреть? Морда красная на плече у Ленки твоя?.. Твоя!
— Кисонька, не моя! У меня совершенно другое лицо?!
— Это у прокуроров может быть другое, а у тебя лицо одно, и глаза лживые!
И… ударила длинноногая его по морде так, что фотография опять на асфальт упала, и её тут же какой-то интеллигентный дедок подобрал. Девица с гордо поднятой головой прочь почесала. Парень за ней бросился, но на бегу успел обернуться и крикнуть Дёме:
— Эй ты, джентльмен недоделанный, радуйся, что мне некогда. Я тебе «забиваю стрелку» на шесть у ресторана «Аврора»… Это такой фрегат был у Петра Первого. На набережной, возле дома разрушенного. Чтоб был! Из-под земли достану!.. Киса, подожди! Я тебе всё объясню! Это просто человек, похожий на меня!..
Полный впечатлений и чисто мужских незатейлевых нужд зашёл Дёма в платный туалет. Только пристроился войти в свободную кабинку, как его кто-то сзади окликнул:
— Эй ты, деревня, давай побыстрее! Видишь, ждут тебя…