Проф. Штаммлер*130, другой "аристократ образования и духа", соревнуя своему собрату, тоже пытается подняться над "социальными стремлениями, вызванными чисто субъективными, порожденными лишь данным положением вещей импульсами, до высоты социальных стремлений, объективно обоснованных, оправданных с объективной точки зрения". С этой похвальной целью аристократ Штаммлер вооружается идеалом "общества свободно желающих людей", как высшей точкой зрения во всех социальных суждениях, как формальной идеей, на основании которой можно решить, "является ли эмпирическое или желаемое социальное состояние объективно оправданным".

С этой минуты проф. Штаммлер стоит уже над классами; история выводит его из сутолоки житейской борьбы и усаживает на судейский трон, как "свободно желающего человека", чтобы во всеоружии универсального объективно-патентованного идеала творить немилостивый суд и суровую расправу над "социальными стремлениями, порожденными данным положением вещей".

Незачем и говорить, что проф. Штаммлеру незачем вставать со своей профессорской кафедры, она же судейский трон, для участия в грубом процессе материального производства. Зато можно поручиться, что если б (о, дивная мечта!) проф. Штаммлер был призван вместе с проф. Шмоллером к заведованию интеллигентным процессом материального распределения, то "свободно желающий человек" Штаммлер и "аристократ образования и духа" Шмоллер действовали бы настолько солидарно и неукоснительно, что носители "социальных стремлений, порожденных лишь данным положением вещей", и представители эгоистических классовых интересов, лишенных под собою солидной почвы "этико-правового принципа", получили бы достойную кару за отсутствие в них Штаммлеровского объективизма и Шмоллеровской добродетели.