
Это - "небезы". Представители эксплуатируемого большинства лунного общества. А вот и сами эксплуататоры, "везы": "Тут я заметил сидящее в кресле в носу аппарата еще более странное существо... Если небезы были на две головы ниже человека среднего роста, то это существо не доходило бы и до пояса. Большая голова, совсем не по туловищу, с таким же хоботом, только более нежным, тонкие ручки с двумя длинными пальчиками и совсем крохотные ножки..." Мыслящие слонята. Это было так изысканно, так необычно!.. Для определенной категории читателей, разумеется.
Специализированные селениты Качественно иной поток фантастики составляют произведения, фантастический допуск в которых - не самоцель, а средство. Средство показать безграничные возможности науки и приблизить их реализацию в фантастике научно-технического плана. Средство привлечь общественное внимание к острым проблемам современной писателю жизни - в фантастике социальной. К этой последней принадлежит еще одна группа лунных монстров--специализированные селениты Герберта Уэллса.
В 1901 году знаменитый фантаст опубликовал свой новый роман "Первые люди на-Луне". Что же увидели на Луне уэллсовские Кейвор и Бедфорд?
Первой из представителей лунного мира встретилась им странная громадина" рыхлая и почти бесформенная.
Не без труда угадывалась в этом чудовище заурядная лунная "корова" специально усовершенствованная порода, дающая максимум продукции.
А затем... Затем они попадают в подземный мир селенитов. В целом селениты Уэллса напоминают муравьев.
Но только - в целом!
"Казалось, что в этой суетящейся толпе нельзя найти двух сходных меж собой существ. Они различались по форме, по размерам и представляли самые устрашающие вариации общего типа селенитов. Некоторые были как громадные пузыри, другие сновали под ногами у своих братьев. Все они казались каким-то гротеском, уродливой карикатурой на людей..." Селениты Уэллса не только лунных коров приспособили для максимальнейшего производства продукции - они и самих себя так же исчерпывающе усовершенствовали. "На Луне каждый гражданин знает свое место.
