Мои дедушка и бабушка по отцовской линии эмигрировали на рубеже веков из России в Канаду. Вместе с другими эмигрантами они поселились в маленьком городке Уокоу в провинции Саскачеван, где мой дед Аарон Островский занялся процветавшей розничной торговлей, которая, однако, совершенно заглохла в годы Великой депрессии. После этого он с семьей переехал в Эдмонтон в провинции Альберта, где присоединился к постоянно увеличивавшейся еврейской общине.

Примерно в это же время из России в Палестину переехала, опасаясь погромов, семья Марголиных: Эсфирь, Хаим и их маленькая дочка Рафа. Они поселились в Иерусалиме и там у них родились еще двое детей: Мира и Маца.

Сид Островский, пятый из семи детей, был во время Второй мировой войны летчиком в канадской бомбардировочной эскадрилье, базировавшейся в Европе. После войны он вступил в армию новообразованного государства Израиль. Там он встретился с Мирой Марголиной, которая к тому времени закончила свою службу в британских войсках, воевавших против немцев в Северной Африке.

Они поженились и поселились в Эдмонтоне, где и родился я 28 ноября 1949 года. Моя мать, которая совсем не напоминала типичную домохозяйку, нашла место учительницы в еврейской школе в Эдмонтоне. Воспитание сына она передоверила бабушке по линии отца, Бесси Островской.

Для меня было большой удачей попасть к дедушке и бабушке. Моя мать была одержима духом свободы, она мечтала о карьере актрисы и хваталась за любые, самые мелкие предлагаемые роли, что, в конце концов, привело ее в состояние полной прострации. Мой отец, наоборот, был уверен, что однажды он достигнет своей цели: воплощения американской мечты о финансовой безопасности и спокойной жизни. Но путь к этому был долог и труден. Непреодолимые противоречия характеров привели к разводу моих родителей. Мне тогда было пять лет.