А что сводило меня с ума? Что заставляло все это казаться столь бессмысленным? Что, никому не понравился рассказ? Черт, никто даже не спросил о рассказе, а знаете почему? Потому что это - чертовски хороший рассказ, если я сам говорю это. Простой, но смешной. Если он заставил Вас выключать телевизор (или любой другой рассказ в сборнике), в чём я лично заинтересован, это и есть полный успех.

Но вслед за 'Пулей', все эти парни в галстуках захотели узнать, 'Как она создавалась? Как её раскупали?' Как им сказать, что плевал я на то, как она расходилась; меня заботило то, какое чувство она произведёт в сердце читателя? Будет ли иметь успех? Или нет? Тронет ли до глубины души? Породит ли тот небольшой холодок, который рождается по окончании страшной истории? Я постепенно осознал, что увидел другой пример творческого упадка, ещё один шаг к другому искусству на пути, который может в действительности окончиться вымиранием. Есть нечто таинственное, декадентское во внешнем виде обложки главного журнала просто, потому что Вы воспользовались запасным маршрутом к рынку. Есть нечто сверхъестественное в понимании того, почему все эти читатели, возможно, проявили намного больше интереса к новинке в электронной упаковке, нежели к тому, что находилось в обыкновенной посылке. Хочу ли я знать, сколько читателей, из тех, кто загрузили 'Верхом на Пуле' действительно прочитали этот рассказ? Не знаю. Думаю, я был бы чрезвычайно разочарован.

Возможно, электронные издания станут новой волной будущего, а может быть, и нет; поверьте, это меня волнует как прошлогодний снег. Пройти по этой дороге для меня означало - просто попытаться по-другому погрузиться в процесс создания рассказов. А затем раздать их как можно большему числу людей.

Возможно, совсем недолго эта книга будет завершать списки бестселлеров. Мне бы очень повезло. Но если Вы её там увидите, спросите себя, сколько других сборников рассказов каждый год оказываются в конце этих списков, и сколько ещё издатели могут публиковать книги, которые читатели почти не читают. И, несмотря на это у меня есть несколько удовольствий: как то посидеть холодной ночью в любимом кресле с горячей чашкой чая, прислушиваясь к завыванию ветра и читая хороший рассказ, который я написал на одном дыхании.