Его бойкое перо, наверное, действительно чего-то да стоило, если он в сравнительно короткий срок сумел пробиться в число ведущих сотрудников такой популярной газеты, каким являлся "Московский фаталист". Всего шесть лет, как. начинающий журналист Слава Звонарев приехал завоевывать столицу, и вот он - острейшее перо московской журналистики. Хватка провинциала, всего добивающегося трудом и упорством, сослужила ему хорошую службу. Теперь у него двухкомнатная кооперативная квартира, пусть и в спальном районе, "девятка" цвета мокрого асфальта, он получает приличную зарплату и еще более приличные гонорары - полный джентльменский набор благополучного москвича.

... Закрывая за собой дверь квартиры, Слава не подозревал, что несколькими этажами ниже его уже ждут...

Когда-то в Воронеже, откуда он был родом, он мечтал о карьере тележурналиста. Но, приехав в Москву после окончания пединститута в родном городе, он быстро понял, что небольшой дефект в дикции и трудно преодолеваемая застенчивость в контактах с незнакомыми людьми помешают ему сделать успехи на "голубом экране". Начал он с внештатного сотрудничества в качестве репортера в небольшой газетенке с "желтым" уклоном, но поскольку газетку довольно широко читали в охочей до сенсаций столице, его заметили и профессионалы, да и "длинные ноги" и хороший слог, сочетание довольно редкое, его пригласили в "Московский фаталист" сначала попробоваться внештатно, а потом он стал постоянным сотрудником газеты.

... Перед выходом из дома он еще раз с удовольствием взглянул на лежащую перед ним на столе статью. Почти всю вторую полосу занимал его материал "А судьи кто?" - речь в нем шла о коррупции, укоренившейся в системе судебных и следственных органов страны. Да, с фактами, которые ему удалось добыть, не поспоришь, подумал Слава и улыбнулся своим мыслям. Уже вчера по его публикации Министерство юстиции сделало по Центральному телевидению заявление о клеветнических нападках некоторых журналистов на представителей судебной системы. На сегодня была назначена пресс-конференция в Министерстве юстиции, где сам министр собирался ответить на обвинения, выдвинутые в его статье.