- А для чего их адреса? - удивился Сорокин, пододвигая к себе бумагу и доставая ручку.

- Для проверки. Я должен быть убежден, что они не подставили нас обоих. Вполне вероятно, что ваши конкуренты или недоброжелатели захотят обыграть такой выигрышный факт. Главный редактор самой популярной московской газеты не доверяет властям и нанял частного детектива. Согласитесь, что такой сюжет может пойти на первые полосы. Я уже не говорю о том, как его могут использовать политики. В том числе и вероятные кандидаты в президенты...

- Я понял, - кивнул Сорокин, - вот здесь все телефоны и адреса. - Еще что-нибудь?

- Только одно. Я хочу подробно поговорить кое с кем из ваших сотрудников. С теми, кто общался со Звонаревым перед смертью. Это можно организовать?

- Конечно. С любым. Я могу представить вас журналистом зарубежной радиокомпании, собирающим материал о погибшем Звонареве. Обычно вопросы корреспондентов и следователей почти не отличаются.

- Тогда все в порядке. Должен признаться, что меня радует ваша осведомленность. Вы неплохо подготовились к нашей беседе.

- Как и вы, - пробормотал Сорокин.

- В таком случае начнем именно с вас. Расскажите мне подробно, что случилось в вашей редакции за несколько последних дней перед смертью Звонарева? И какие статьи он готовил или собирался опубликовать? А потом я приеду к вам. Когда вам будет удобно?

- После четырех, - взглянул на часы Сорокин, - я буду ждать вас в редакции. В три я должен быть в правительстве.

- Договорились. А сейчас побеседуем еще...

Глава третья

Он не любил опаздывать. Это качество, выработанное за годы службы в органах, стало его принципом: никогда не опаздывать на любые встречи или совещания. Бывший полковник госбезопасности Ветров, ныне работающий начальником службы безопасности крупного банка, знал, как важно не опаздывать именно на эту встречу. Ему было уже за шестьдесят. Большая лысая голова, лицо с крупными бородавками на подбородке и у носа, мясистые щеки, чуть раскосые монголоидные глаза - очевидно, среди его предков были азиаты.