Там он был представлен императору Николаю II, желавшему узнать будущее России. Он же познакомил царя с медиумом Филиппом из Лиона, сыгравшим немалую роль в истории России. Николай II, пораженный сверхъестественными способностями лионского мага, пригласил того перебраться в Санкт-Петербург, посулив престижную должность медика Военной Академии и звание генерала. Филипп не заставил себя долго упрашивать. Вскоре лионец уже определяет внешнюю и военную политику Российской империи. На медиумических сеансах Филипп по желанию царя вызывал дух Александра III, советовавшего Николаю II поддерживать союз с Францией и подталкивавшего его к войне с Японией.

Проведя весну и лето 1903-го года вместе с семьей Николая II в Ливадии, Филипп 25 ноября был вынужден возвратиться к себе на родину, поскольку проводимые под его руководством спиритические сеансы вредно отражались на здоровье императрицы. Через несколько лет после смерти Филиппа (1905 год) императрица не только не забыла его, но и упоминала в письме к Николаю II как одного из двух друзей, посланных нам Богом под вторым другом подразумевался, конечно, Григорий Распутин.

Верховный Совет мартинистов не был удовлетворён малой активностью Муравьёва-Амурского предпочитавшему заниматься не столько политикой сколько эзотерическими изысканиями. Потому ему подыскали замену в лице некоего Чеслава фон Чинского, массажиста и гипнотизёра. 9 июля 1910-го года фон Чинский вручил градоначальнику Санкт-Петербурга заявление о своём назначении членом Верховного Совета Ордена мартинистов и Генеральным делегатом Ордена в России. Однако этот господин позабыл предоставить устав объединения, без чего легализация его была невозможна.

Впрочем Чинский был человеком широких взглядов, и отсутствие соответствующих бумаг не помешало ему развернуть кипучую деятельность. А благосклонность царской семьи способствовала укреплению положения Чинского в самом высшем свете.

Однажды Чинский появляется в доме Николая Константиновича Рериха, знаменитого художника и путешественника.