Из всех стран, имеющих вес в мировой политике, только две по-прежнему бороздят океаны подводными лодками и живут в вечном окружении врагов за океанами. Видимо, любая империя рано или поздно пересекает черту, после которого на ней, как ржавчина на «Титанике», нарастает авторитаризм. Исторический процесс что ли. Удивительно, как может меняться сознание людей в ситуации, когда все дозволено. Я сталкивался с этим в Чечне. Видимо, других войн и вправду не бывает.

Поразительно, как пропаганда способна прочищать мозги.

Профайл: Тони Лагуранис. Тридцать девять лет. В армию мобилизовался в 2001-м. Четыре года служил в военной разведке, из них год в Ираке, куда был направлен в 2004-ом. Звание — капрал. Должность — допросчик 202 батальона военной разведки 513 бригады военной разведки (дословно: «Interrogator» — тот, кто проводит допросы. Ближе всего это к русскому термину «дознаватель». Но следствие допросчик не ведет, только проводит допросы с целью получения информации.) Служил в тюрьме Абу-Грейб. Написал об этом книгу «Fear up harsh» что можно перевести как «Особый метод» (дословно: «Жесткое запугивание»).

Россия и война

Россия — страна воюющая. Начиная с Турецких кампаний, войны у нас случались примерно раз в двадцать пять лет. По одной на поколение.

Прошедший век не был исключением. Гражданская, Финская, Отечественная, Венгрия, Чехословакия, Вьетнам, Камбоджа, Египет, Ангола. И совсем недавно — Афган, Югославия, Карабах, Таджикистан, Чечня…

Синдром посткомбатанта в русских людях постепенно смещается на генный уровень. Слишком часто у нас были войны. Слишком многие воевали.

Если раньше слово «ветеран» ассоциировалось исключительно с Великой Отечественной, то сегодня эта социальная прослойка России молодеет, в отличие от остальной страны. Тем, кто прошел Чечню в январе 95-го солдатом, сейчас не больше 32 лет. Новое поколение, реинкарнация.