– Убитая женщина – владелица вон той конторы, Журавлева. Ее работники ничего не видели, – доложил он майору, который продолжал отдавать распоряжения оперативникам.

– Вот как? – Начальник оглянулся на крыльцо заведения. – Понял. Она и по документам, собственно, юрист. В сумочке удостоверение нашли, – пояснил он. – Выходит, имела собственную контору… Состоятельная, сразу видно… Одна машина чего стоит. – Майор смотрел на блестящий бок «порше». – Я, почитай, как пришел с завода в органы, так все эти пятнадцать лет на своем стареньком «жигуле» и мотаюсь…

– Да… и часики у нее что надо, – заметил Заморочнов, глядя на труп.

– Нам, старлей, за всю жизнь на такие вещи не заработать. Ох и не нравится мне эта ее состоятельность, – продолжал майор, – за такими вот состоятельными стоят еще более состоятельные. И грохнули ее вполне профессионально! Заказуха, голову на отсечение даю! Ну, иди работай. Там Саватеев уже нашел старуху, которая по «02» звонила. Повнимательней будь. Это тебе, собственно, не в управлении сидеть, штаны протирать. Здесь глаз острый нужен, чутье оперативное. И подход к людям. Не то что в вашем УБЭПе – налетели, наорали, всех к стене, молчать-бояться! Тут, брат, уголовка! Психология – дело тонкое. – В голосе майора Никоненко появились воспитательные нотки. – Ну, что стоишь-то, время теряешь? Я, собственно, тебя куда послал?

Заморочнов передразнил майора:

– А я, собственно, туда и иду, куда послали! – И, не дожидаясь новой назидательной порции, торопливо зашагал в сторону скопления людей.

Вдруг в толпе возникли волнение и толкотня. Через нее пробиралась какая-то девчонка, активно отпихиваясь локтями и огрызаясь на всех и вся. При этом она совершенно не стеснялась в выражениях: «Да пропусти ты! Да пошла ты! Дайте же пройти, бараны!» Заморочнов, профессионально почуяв нечто важное, ускорил шаг.