В комедиях Уайльда современники услышали живые слова о людях и окружающей их жизни. Больше всего, конечно, захватило остроумие Уайльда. Живой диалог, острые эпиграммы, произносимые персонажами, насмешки над предрассудками мещан горячо воспринимались публикой.
Об Уайльде стали говорить как о писателе, возродившем одну из лучших традиций английской драмы. В нем увидели продолжателя комедии нравов периода реставрации (XVII в.) и Шеридана. Уже самая обстановка действия комедий Уайльда наводила на это. В его пьесах зритель видит перед собой светское общество, где люди, сталкиваясь, споря и злословя, метко характеризуют друг друга и все общество, к которому они принадлежат. Легкомысленный тон, налет цинизма, характерные для речей персонажей, особенно сближают комедии Уайльда с пьесами драматургов периода реставрации. Но, конечно, до той циничной откровенности, которую могли позволить себе его далекие предшественники, Уайльд никогда не доходил.
Уайльд отнюдь не порвал с развлекательной буржуазной драмой, распространенной в его время. Фабула его пьес, их сценические эффекты во многом повторяют то, что служило главным средством успеха у таких драматургов, как Скриб или Сарду. Уайльд воспринял композиционные приемы - и штампы - так называемой "хорошо сделанной" пьесы, но в его руках они обрели новый смысл.
Женщины и мужчины из светского общества с таинственным прошлым, скрытые пороки, разоблачение которых грозит потерей общественного положения, светские флирты, мнимые измены, галантное ухаживание благородных молодых людей за благородными девицами - в эту рамку комедии интриги Уайльд сумел вложить интересное содержание.