Ильф и Петров занимают почетное место в этом списке.

"Титаническое строительство нового мира врезалось в мещанскую Россию... и теперь она пришла в своеобразное кипение и, как может, реагирует на исполинское явление революции и реагирует, конечно, невпопад".

"Невпопад",- понятно, с точки зрения А. В. Луначарского, написавшего эти слова, но с позиций самих обывателей очень даже впопад. Оказалось (и, увы, до сих пор оказывается), что в окружающей действительности обнаруживается множество щелей и лазеек, где обыватели устраиваются со всеми удобствами. И что еще печальнее- не так уж редко эти "щели" начинают уподобляться ущельям, а лазейки превращаются в парадные порталы.

Мещанин и бюрократ - это демоническая сила, но все же кое-чего боится и эта сила. Она боится ясного света, гласности, ей удобнее вершить свои делишки в потемках.

С помощью фантастического хода Ильф и Петров как раз и вытащили обывателей на всеобщее обозрение. Для невидимого ведь не существует ни преград, ни секретов, он может проникать в любые пункты и присутствовать при любом разговоре. И этот дамоклов меч разрушающе действует на обывательское сознание. После того как Филюрин стал Прозрачным, заметно изменилась обстановка в провинциальном городе Пищеславе, побратиме щедринского города Глупова. Обыватель приутих и попрятался.

Когда-то явления, с которыми воевали Ильф и Петров, любили называть пережитками прошлого. Сила талантливых писателей в том, что они показали, как пережитки прошлого непринужденно становятся пережитками настоящего, как ловко эти самые пережитки приспосабливаются, как умело их носители овладевают новыми формами работы, новой терминологией, новыми правилами игры. Давно уже нет ни той терминологии, ни тех структур, но умение пристраиваться осталось.