Два произведения стоят в сборнике особняком - их трудно отнести к какой-то определенной жанровой рубрике,- не утопия, не сатира... Первое из них - повесть Георгия Шторма "Ход слона".

Сочные, пластичные, хотя и несколько стилизованные "под старину" сцены московского бытия в эпоху правления Ивана Грозного вставлены в качестве обрамления довольно условных современных эпизодов. Связь между ними обнаруживается не вдруг, а ведь если такой связи нет, то зачем было автору механически соединять два различных временных пласта? Не разумнее было бы известному -мастеру исторической прозы написать еще одну "обыкновенную" повесть -об опричнине, скажем? Но несколько завуалированно, с излишними, может быть, "орнаментальностями" автор проводит мысль о том, что прошлое есть составная часть настоящего, что прошлое постоянно вторгается в нашу жизнь, зачастую неожиданным, незагаданным образом и что между прошлым и настоящим протянуто множество нитей. Связь эта внешне обозначена в таком символе долголетия, как слон, который якобы так и прожил 4 века в нашей столице, будучи безмолвным наблюдателем ее бурной истории. Но в подтексте произведения есть множество других, менее заметных в-нутренних связей.

Драматические сцены В. Я. Брюсова "Мир семи поколений" написаны с незаурядным мастерством - посмотрите, как умело "вжат" в небольшую площадь глобальный трагедийный сюжет. Однако нельзя не обратить внимания на то, что это произведение переходного периода.

Космическая тема в те годы была редкостью. Кроме написанной в том же году, что и пьеса Брюсова, толстовской "Аэлиты" сразу ничего и не вспомнишь. Автор провидчески нащупывает конфликты будущего, вселенские катастрофы, которые касаются всех и каждого.