Допустим, что старики скоро тихо уйдут на тот свет, никому не причинив вреда. Проститутки, кроме распространения венерических заболеваний, тоже никакой опас­ности не представляют.

Ну, а что же будет с малолетними попрошайками че­рез десять — двенадцать лет? Не сильно погрешу против истины, если предположу, что они пополнят ряды пре­ступников и вскоре окажутся на нарах за колючей про­волокой.

Выйдя на свободу, подсознательно будут мстить об­ществу за искалеченную судьбу. И тогда от них можно будет ожидать чего угодно. А рядом с ними могут ока­заться ваши дети и внуки. Может случиться так, что ока­жутся бесполезными трехметровые заборы, построенные вокруг ваших загородных замков.

Поэтому люди, в чьих руках власть и деньги, не долж­ны быть равнодушны к чужим страданиям. Коммунисти­ческая империя рухнула, но в нас еще глубоко сидит ком­мунистический «стронций», и пора от него избавляться.

Я не ратую за отмену уголовного кодекса и уничто­жение тюрем. За содеянное преступление нужно наказы­вать, но наказание должно быть адекватным преступле­нию, а условия его отбывания человеческими.

Можно пойти по пути закручивания гаек, как посту­пает господин начальник колонии строгого режима, на­ходящейся в Темновке. На первый взгляд это дает желае­мый результат. Но во что это выльется, сказать трудно. Думаю, что слабые прогнутся, а сильные станут еще силь­нее и жестче и, выйдя на свободу, будут искать примене­ние этим качествам.

В средние века за кражу отрубали руку, но самое боль­шое количество кошельков было украдено в толпе у эша­фота во время казни.

В своих последующих произведениях, если Бог даст их написать, буду рассказывать о людях, находящихся в конфликте с законом.

Моя конечная цель — это создание Центра по реаби­литации бывших заключенных. Это должна быть общест­венная организация, не зависящая от официальных влас­тей и политических течений.