Главной задачей Начштаба было знать как можно больше о том, что думает М. Он достал сигарету, прикурил и бросил потухшую спичку через левое плечо в корзину для бумаг. Посмотрел, попал ли. Попал. Он улыбнулся Бонду.

— Большая тренировка, — сказал он. — Как и все в службе, ты прекрасно знаешь, что вещей, которые беспокоят М. не так уж много. «Смерш», конечно. Немцы, расшифровывающие коды. Китайские торговцы опиумом, вернее та власть, которую они имеют над миром. Влияние мафии. А надо сказать, что он чертовски уважительно относится к этим американским бандам. К крупным. Вот и все. Это те люди, которые его беспокоят. И почти наверняка это алмазное дело выведет тебя на эти банды. И он меньше всего ожидал, что мы столкнемся именно с ними. Вот так. Вот почему «его так разбирает».

— Американские гангстеры — это чепуха, — протестующе воскликнул Бонд. — Они же не американцы. Главным образом, это итальяшки, которые носят рубашки с монограммами, целыми днями жуют спагетти с фрикадельками и льют на себя литры одеколона.

— Это ты так думаешь, — сказал Начштаба. — Но дело в том, что это те, кого ты видишь на улицах. За ними стоят люди поумнее, а за этими — еще более умные. Возьми наркотики: десять миллионов наркоманов. Откуда они их берут? Возьми игорные дома — законные я имею ввиду. В Лас-Вегасе доходы от них в год составляют пятьдесят миллионов долларов. Но помимо этого есть и подпольные казино в Майами и Чикаго и много где еще. Все они принадлежат бандам или их ставленникам. Пару лет назад Багги Зигелю снесли полчерепа за то, что он хотел получить слишком большой кусок лас-вегасовского пирога. А ведь он не был слабаком.