Мне, честно сказать, их расширенные зрачки и учащенное дыхание давным-давно до лампочки. Время, когда я гордилась своей красотой и неотразимостью, давно прошло. Я дала себе слово, что если мне когда-нибудь все-таки удастся выкрутиться из этой ужасной истории, я продам свою квартиру, фирму, имущество мужа и поселюсь, например, здесь, в этом городе, найду интересную работу, путешествовать буду.

Не зря же я провела столько времени, изучая иностранные языки. Я с легкостью говорю на английском, французском, испанском. Я еще кучу полезных вещей делаю просто отлично, да какой теперь в этом прок? Я даже на работу нормальную устроиться не могу. Все мои кредитные карты и счета заблокированы, я с ужасом думаю, на что я буду жить, когда прихваченные с собой из дома деньги закончатся…

Прошел почти час, когда на крыльце милицейского отделения наконец показалась фигурка Юли. К машине она шла медленно и неуверенно. Весь ее вид выражал недоумение и растерянность.

— Что случилось? — с тревогой спросила я, выскакивая из машины.

— Я ничего не понимаю, Лиз, — беспомощно прошептала подруга и опустилась на лавку. — Только что поступило сообщение об ограблении моей квартиры…

— Откуда ты узнала? — Я так поразилась, что потеряла на мгновение способность логически мыслить.

— Менты сказали.

— Ах.., ну да. Много украли?

— Не знаю, — безразлично отозвалась Юля. — Какая разница?

— Как это, какая разница? — закричала я. — Чего ты расселась? Быстро поехали к тебе!

* * *

— Пришлось заявление написать о возбуждении уголовного дела. Извини. Не получится теперь замять, сама понимаешь, — когда мы подъезжали к подъезду, сказала Юля.

— Понимаю, — вздохнула я.

— Но я им имени твоего не назвала. Хоть там парнишка один уж больно настаивал.

— Петр Петрович? — усмехнулась я.

— Он самый. Зацепила ты его, подруга, даром что он лет на десять тебя помоложе будет. Хотя возраст в этом деле не главное. Ты иным девчонкам сто очков вперед дашь.