В заключение — про удавившегося от горя деда.

Перед тем, как такое откровения распространять по миру, руководителям издательства «АСТ» следовало поинтересоваться у гражданина Кадетова о том, откуда ему это стало известно. Он там был? Ему кто-то рассказал? В архивах ГРУ и КГБ — все сведения обо мне, о всех моих родственниках, сослуживцах, друзьях, знакомых, соседях и пр. и пр. Ни о какой записке никто ни в ГРУ, ни в КГБ, ни в Прокуратуре, ни в Военной коллегии Верховного суда никогда не упоминал. Хотя для этих структур было бы весьма выгодно объявить: вот, даже дед его проклял!

Но не вспомнил никто ни про какую записку, ни про какие проклятия.

Об этом известно только гражданину Кадетову, который не удосужился узнать, как же по отчеству звали деда Василия. Эта неряшливость в сочинении небылиц ему свойственна. Он рассказывал о том, что хорошо знал мою жену Тамару. Которую всю жизнь звали и зовут Таней…

Дед мой Василий Андреевич Резунов прожил долгую и очень трудную жизнь (14 января 1892 — 5 февраля 1978). Его призвали под знамена в 1911 году. В Первой мировой войне воевал с первого дня. Рядовым в пехоте. В траншеях. Во время Брусиловского прорыва в июле 1916 года был тяжело ранен и попал в австрийский плен. После плена вернулся домой в Екатиринославскую губернию, которую вместе со всей Украиной, Крымом, Прибалтикой и пр. некто Ленин сдал германскому кайзеру. Ленинская измена Родине пришлась моему деду весьма не по душе. С того момента Василий Резунов стал Резуном.

Дед прошел через Гражданскую войну. Красный террор испытал на своей шкуре — бит комиссарскими шомполами.