Около этого времени, до дня, отправляющіеся вверхъ по Темзѣ, начали привозить на Шотландскій дворъ городскіе слухи, что будто бы лордъ-мэръ грозилъ срыть до основанія старый лондонскій мостъ и выстроить новый. Слухи эти приняты были съ самаго начала за простыя городскія сплетни, не имѣющія ни какого основанія, потому что на Шотландскомъ дворѣ никто не сомнѣвался, что если лордъ-мэръ дѣйствительно задумалъ подобный планъ, то, прежде чѣмъ приступитъ къ исполенію, его посадятъ въ Товеръ и будутъ судить военнымъ судомъ, какъ государственнаго измѣнника.

Между тѣмъ слухи распространялись быстрѣе и быстрѣе и принимали видъ правдоподобія. Наконецъ одна лодка, нагруженная лучшимъ валсэндскимъ углемъ, привезла утвердительныя свѣдѣнія, что уже нѣсколько сводовъ стараго лондонскаго моста закрыто, и что сдѣланы уже обширныя приготовленія для постройки новаго моста. О! какое волненіе произвела эта новость въ посѣтителяхъ старинной комнаты на Шотландскомъ дворѣ! Каждый членъ собранія, блѣдный отъ изумленія и страха, смотрѣлъ въ лицо своего собесѣдника и читалъ на немъ отголосокъ грустныхъ ощущеній, которыя тѣснили его собственную грудь. Самый старшій угольщикъ, для утѣшенія себя и своихъ товарищей, старался доказать, что въ ту минуту, какъ только разрушатъ перемычки и своды стараго моста, вся вода изъ Темзы выбѣжитъ и оставитъ сухое дно. Что тогда будетъ съ угольными лодками? что станетъ съ торговлей Шотландскаго двора и его народонаселеніемъ? Портной печальнѣе прежняго качалъ головой, уныло посматривалъ на дно портерной кружки и говорилъ: "подождите немного…. вы увидите, что изъ этого будетъ…. Не будь я портной Шотландскаго двора, если военный судъ не приговоритъ лорда-мэра; къ смертной казни."