Под конец мускулы его глаз разбивает паралич, и блоха представляется ему слоном, а слон — блохой, черное — белым, а свастика — крестом христовым. У него застывшее выражение лица, ноги дрожат, а речь сплошной вой. Такие симптомы медицина называла ранее болезнью Паркинсона, а современная наука именует их неонацизмом. Лечение должно быть направлено на устранение симптомов болезни. Лучшим средством профилактики считается отправка больного в международную лечебницу, где пациента пытаются разбудить. Если это удается, то он начинает замечать, во-первых, что жизнь бьет ключом, не только вокруг его собственного пупа и, во-вторых, что еще более заразным бациллоносителем, чем муха цеце, является предубежденный гомо сапиенс, общеизвестный под названием «человек».

— Откровенно говоря, — продолжал доктор Пинцет, — даже одаренный храпун, будь то бас или тенор, с присвистом через нос или рот, малоприятное знакомство в спальне, вагоне, в автобусе, парламенте и школе. Но тем не менее несравнимо более опасными являются люди, находящиеся в сумеречном состоянии, вызванном трипанозомами капитализма. Для преодоления этой болезни мало одной международной больницы для больных сонной болезнью. Многие из больных погрузились в спячку свыше сорока лет назад. Раз в год — в канун Нового года — они оживают настолько, что бодрствуют целую ночь напролет и лелеют надежды, что ничто в мире не изменится. Затем они словно погружаются в глубокий сон, и им снятся радужные сны о германских кайзерах и русских царях, волжских бурлаках и двенадцатичасовом рабочем дне. Словом, о той романтической эпохе, когда на улицах Хельсинки было больше лошадей, чем голубей, и когда богачи страдали воспалением легких, а бедняки всего-навсего простывали.

Если бы этим сонным больным рассказали о людях, совершивших космический полет вокруг земного шара, они бы только поправили свою подушку и усмехнулись: «Не может быть! Такого безумства святой Петр никогда бы не допустил». Если бы им сообщили, что сонная болезнь в наше время излечима, они бы в страхе завизжали: «Ужасно! Мало, что ли, того, что консулы бодрствуют?!».