– Не ерунди, мы с тобой живем в одном доме, видимся каждый день, а Тома с Филиппом наши друзья и вообще, – Лика замолчала.

– Договаривай.

– Теперь они будут жить с нами.

– Как с нами?

– Очень просто. Томка собирается уйти из дома, я разрешила перебраться ко мне… вернее, к нам. Фил, скорее всего, переедет с ней.

Ренат посерьезнел.

– И когда вы это решили?

– Вчера вечером.

– Между прочим, могла бы и моим мнением поинтересоваться.

– А ты разве против?

– Не против, но чувствую себя пустым местом. Ты самостоятельно принимаешь решения и ставишь меня уже перед фактом. Получается, что мое мнение изначально игнорируется. Конечно, я понимаю, коттедж принадлежит тебе, ты вправе селить там кого угодно и когда угодно. Эх, Лика, а мне казалось, мы семья.

– Семья.

– Выходит, что нет. Мне не по душе такие семьи, где рулят жены.

– Ренат, тебя заносит. Я всего-навсего разрешила лучшей подруге пожить какое-то время у нас в коттедже. Зачем из-за этого поднимать бурю в стакане воды?

– Ладно, проехали.

– Ты злишься?

– А это имеет значение?

– Для меня да.

– Хорошо, я тебе скажу. Во-первых… – Договорить он не успел.

Скорчившись от боли, Ренат согнулся пополам.

– Что с тобой?

– Живот. Резкая боль! Не могу пошевелиться. Воды… Дай мне воды.

Протянув бутылку минералки, Лика с ужасом смотрела на бледного Рената.

– Не отпускает. Черт, как болит.

– Это отравление, – неуверенно сказала Анжелика. – Нам срочно надо возвращаться назад. Едем в больницу, с этим не шутят.

– Больница – перебор. Не суетись, сейчас станет легче.

– Ренат, мы немедленно уезжаем.

По ее тону он понял, что придется повиноваться.

– Погоди, я хоть палатку соберу.

– Оставь ее.

– Да не суетись ты так, мне уже почти хорошо.

Через десять минут Ренат в очередной раз ойкнул и зло бросил: