И останавливаются - повторю, даже без всякого знака, тогда как в обычной ситуации хоть пять знаков поставь, всем на них плевать. И люди толпой валят на другой берег. И задние уже пускаются вприпрыжку. И в какой-то момент критическая масса иссякает, а те, кто только подбежал к броду и хотел успеть вместе с этой партией, вынуждены остановиться - стая едущих, почувствовав звериным чутьем, что стая идущих ослабела, трогается с места.

Кстати, всю жизнь ломаю голову: человек на машине потратит на дорогу времени в сто раз меньше, чем человек без машины, - отчего же он тогда, хотя бы из чувства превосходства, не подарит пешеходу несколько секунд, которые тому нужны, чтобы успеть вскочить в как раз подошедший троллейбус? Отчего? Да нет, это не вопрос, это так, фигура речи... "Все жили только для себя, для своего удовольствия, и все слова о Боге и добре были обман. Если же когда поднимались вопросы о том, зачем на свете все устроено так дурно, что все делают друг другу зло и все страдают, надо было не думать об этом. Станет скучно - покурила или выпила, или, что лучше всего, полюбилась с мужчиной, и пройдет" (Толстой, "Воскресение").

Но в самом деле: льзя ли бысть, чтобы какое-то явление на небесах имелось, а на земле не проявляло себя вовсе никак? Как говаривал герой еще одной случайно прочитанной мною книжки, представляю это на ваше рассмотрение и оставляю на ваше усмотрение.

Письмо II. С. Л. - Д. Ц.

7 марта 2001

О погоде

Отчего, в самом деле, не попробовать. Пусть это будет вроде как джазовый дуэт: социального меланхолика, например, с политическим. Вам труба или саксофон, я обойдусь тромбоном.

Сыграем - как повезет. Авось набредем на какую-нибудь классную тему лучше бы классическую - и обовьемся вокруг нее - и в случае маловероятной удачи - как суперприз - достанем из наших бедных инструментов звук, похожий на то, чем существуем.