- Я бы ее в карцер, - подхватывает Хохлов. - Простите, Владимир Владимирович, но разве можно давать заключение по рекомендации... друзей? Это же подсудное дело.

По-моему он дурак.

- Можно, если друзья занимаются интересами государства и используют наших пациентов в этих делах.

- ...Понял...

- Давайте следующего, Галина Сергеевна.

Это женщина превратила себя в патлатую старуху. Ей всего 25 лет. Она шаркающей походкой вошла в кабинет и застыла у входа.

- Садитесь, Ада Алексеевна.

Ада решила отомстить, разгульному по другим бабам, мужу и утопила двух своих малолетних детей в ванне.

- Мы вас сегодня выписываем, Ада Алексеевна.

До нее медленно доходит моя фраза.

- Да.

У нее легкое помешательство, теперь она вся в боге и ведет с ним бесконечные разговоры.

- Направляем вас больницу.

- Да, - безучастно вторит она.

- Пусть ее уведут, - прошу я Галину Сергеевну, - с ней бесполезно разговаривать.

- Кто следующий? - спрашивает она.

- Давай опять Королеву.

Настороженный блеск глаз, по-прежнему не сходит с ее лица. Она не глядит на других, ждет пакости только от меня.

- Я получил из поликлиники вашу медицинскую карточку, Татьяна Александровна.

- Рада за вас.

- Здесь есть запись гинеколога о наличии у вас швов...

- Что вы хотите? Что вы все время копаете?

- Это наша обязанность. Так откуда швы?

- Я ничего не скажу. Это не ваше дело. Следствие закончило свою работу, что вам еще надо?

- Хорошо. Я верну дело на дознание и отправлю вас в КПЗ обратно.

- Как хотите.

Губы сжались в большом упрямстве.

- Можете идти.

Она уходит.

- На нее готовить документы? - спрашивает Галина Сергеевна.

- Нет, не надо. Она еще придет ко мне поговорить и думаю, в ближайшее время. В КПЗ ей очень не хочется возвращаться. Давайте, новеньких.

Это совсем тоненькая девушка. Греческий овал лица и красноватый носик прикрывали не чесанные волосы.