Первым человеком после известных теперь нам древних русских мореплавателей,достигшим северной оконечности Азии, носящей теперь его имя, был участникВеликой Северной экспедиции, сподвижник Василия Прончищева и Харитона Лаптева,штурман Семен Иванович Челюскин. После настойчивых, но неудачных попытокПрончищева и Лаптева обогнуть Таймырский полуостров морем Челюскин весной 1742года обошел северную часть полуострова на собаках. 20 мая он достиг мыса,являющегося крайней северной точкой Азии.

«Сей мыс каменной, приярый, высоты средней»,— как описывал его Челюскин, сталпамятником настойчивости и отваги русского моряка. Впоследствии академик А.Миддендорф, по предложению которого за мысом было закреплено славное имяпервооткрывателя, писал об отважном исследователе: «Челюскин не толькоединственное лицо, которому сто лет назад удалось достигнуть этого мыса иобогнуть его, но ему удался этот подвиг, не удавшийся другим, именно потому,что его личность была выше других. Челюскин, бесспорно, венец наших моряков,действовавших в том крае»

Отважный моряк при благоприятных условиях мог бы сделать и еще одно важноеоткрытие — усмотреть лежащую к северу от его мыса неизвестную землю, тем болеечто, по имеющимся сведениям, он по морским льдам сделал по направлению к нейдневной переход. Но открыть землю ему было не суждено. Не заметив никакихпризнаков ее, Челюскин продолжал свой славный путь вдоль берегов Таймыра.

После этого протекли годы и десятилетия. Сто тридцать шесть лет ни одинисследователь не посетил «края света».

Мимо мыса Челюскина, то есть в непосредственной близости от неизвестной земли,уже прошли знаменитые морские экспедиции. Но и они не были счастливее СеменаЧелюскина и также не заметили здесь никакой суши.

Одной из них была экспедиция Адольфа Норденшельда на корабле «Вега», обогнувшаямыс Челюскина в конце августа 1878 года, то есть спустя двести шестьдесят летпосле русских мореходов XVII века и сто тридцать шесть лет после открытия мысаЧелюскина.