Мой плащ был мокр еще от вчерашнего дождя, но я все-таки надел его. Напоследок отыскал мягкую серую фетровую шляпу и нахлобучил себе на голову.
Полностью облаченный, я снова присел на кровать к Салли, и мы посмотрели друг на друга.
– О'кей! – сказала она. – Только возвращайся поскорее.
– Конечно, – ответил я.
Она подставила мне свои губы, а я запустил свои пальцы в ее волосы. Последовавший за этим поцелуй нельзя было назвать родительским. Салли откинулась на подушку, торжественно подмигнула и спрятала свое лицо.
Я выключил свет и отправился в гараж. Уже с первых шагов я понял, что сделал ошибку, надев не те сапоги. На улице воды было по щиколотку. Дождь как начался вчера днем, так и не кончился до сих пор.
На холмистых местах машина шла хорошо, но в долинах из-под колес выбивались фонтаны воды. Дважды я чуть было не наткнулся на застрявшие грузовики, а немного позже лишь чудом избежал столкновения с машиной, которая неожиданно вынырнула из-за поворота, потому что из-за мутной пелены дождя видимость была лишь на несколько десятков ярдов. И я был чертовски рад, когда наконец увидел широко раскрытые и ярко освещенные ворота ранчо Стива Миллета.
По эквалиптовой аллее я проехал к дому и остановился впритирку к темной шестицилиндровой машине Миллета – спортивной машине иностранного производства, специально оборудованной согласно желанию знаменитого заказчика.
Само ранчо было под стать машине – и то, и другое стоило огромных денег, но ранчо было, конечно, делом более прибыльным. Миллет вложил большую часть своих денег, полученных им за три фильма, в землю, скупив огромные пространства плодородных земель в долине. Он называл свое приобретение "страховкой в старости". Но, по моему мнению, если он будет жить так же, как и раньше, то к старости у него вообще ничего не останется. Для меня оставалось загадкой, как он вообще до сих пор оставался в живых. Я знал людей, которые предпочитали бы присутствовать на его похоронах сегодня, нежели завтра, и если бы даже захотел пересчитать их по пальцам, мне бы пришлось нанять для этого еще с полдюжины рук.