ТОЛЬ. Там, в Сумерках, – работают наши ребята?
ГОЦЛИБЕРДАН. Охраняют?
ТОЛЬ. Охраняют.
ГОЦЛИБЕРДАН. Наши.
ТОЛЬ. Поручи им пописать. С завтрашнего дня. И с хорошей техникой. Игорь любит, когда остается один, бормотать себе под нос. Вот в этом бормотании самое важное и есть. Нам обязательно надо знать, что он себе бормочет.
ГОЦЛИБЕРДАН. Ты можешь на меня обижаться, Борис, но там уже трое суток как пишут.
ТОЛЬ. Это отлично. А в церкви?
ГОЦЛИБЕРДАН. В церкви – пока нет. Всё в низком старте. Ждёт твоих указаний.
ТОЛЬ. А где эта церковь-то?
ГОЦЛИБЕРДАН. Жирафья Канавка. С видом на стадион «Тыловые запасы».
ТОЛЬ. Какая задница! Не мог себе поприличнее церковь найти.
ГОЦЛИБЕРДАН. Видно – не мог.
III
Мария, Гоцлибердан.
ГОЦЛИБЕРДАН. Машка-Машка, привет-привет тебе.
МАРИЯ. Привет.
ГОЦЛИБЕРДАН. Ты, как всегда, страшно занята своей щенячьей работой?
МАРИЯ. Я устала немного. Что ты хотел, Гоц?
ГОЦЛИБЕРДАН. Не что, а кого. Ты же знаешь, Машка, я всегда хочу только тебя.
МАРИЯ. Перестань ерунду. Тем более по телефону.
ГОЦЛИБЕРДАН. Если этот телефон кто и слушает, то только наши. А наши никогда не расшифруют того, чего не надо.
МАРИЯ. У тебя какое-то дело?
ГОЦЛИБЕРДАН. У меня очень маленькое дело. Твой муж что-то собирался делать в январе?
МАРИЯ. Ты у меня спрашиваешь? Я не знаю, что он будет делать завтра. Хотя знаю – спать и пить. Вот что будет.
ГОЦЛИБЕРДАН. Он не поехал к финнам вчера?
МАРИЯ. Нет. Не поехал.
ГОЦЛИБЕРДАН. Но в церковь, к попу своему – он сегодня собирается?
МАРИЯ. Откуда ты знаешь?
ГОЦЛИБЕРДАН. Я не знаю, я спрашиваю тебя.
МАРИЯ. Про это мог бы узнать у него напрямую.
ГОЦЛИБЕРДАН. Ну что ты. Я же такой деликатный. И потом – у меня есть ты. Такой упругой пизды я не помню за всю свою жизнь. Ни до, ни после.