И потом, тем, кто приносит хорошие вести, обычно удается снять пенки с варенья.

Парень, задававший медсестре вопросы, откровенно смотрел на ее груди, обтянутые белой тканью халата.

Она улыбнулась и принялась просматривать журнал.

— Да, действительно, — сказала она. — Эллен Гриц. Поступила четыре дня назад. Знаете, она уже родила… Мальчика… Прошедшей ночью. Прекрасный ребенок, четыре сто, шестьдесят один сантиметр… Поздравляю всю вашу семью.

И послала ослепительную улыбку здоровяку, пялившемуся на ее груди. Чем-то он смахивал на итальянца — смуглый, слегка небритый, он был мужчиной ее типа.

Втайне сестра надеялась, что парень захочет увидеть ее еще раз, скажем, не в служебной обстановке.

— Мальчик? — спросил здоровяк.

Второй ткнул его кулаком в бок.

— Да, — дежурная сестра улыбнулась, наблюдая за замешательством парней. — Можете отметить рождение племянника. Здесь неподалеку есть ночной бар.

— Я хотел бы посмотреть на ребенка, — сказал правый здоровяк.

— Извините, но сегодня это невозможно, — сестра закрыла журнал и поставила его на полку. — Приходите завтра. Эллен покажет вам его в окно.

— Сейчас, — сказал здоровяк. — Немедленно! Я хочу взглянуть на него!

«Господи, какие зануды! — подумала дежурная сестра. — Жадные, нетерпеливые хамы!»

— Идите, мальчики, идите. Не заставляйте меня звонить в полицию, — сказала она и испуганно замерла, увидев дуло пистолета, направленное на нее. — Вы с ума сошли!

Пистолет был черным и большим, он пугал сестру. Она почувствовала, как лихорадочно колотится ее сердце.

«Господи! — подумала она. — Где же этот чертов охранник!»

— Пойдем, покажешь ребенка, — сказал смуглый здоровяк.

— Но на вас нет халатов, — медсестра все еще пыталась сопротивляться, не понимая сути происходящего. — Это же родильное отделение. Там дети — совсем крошечные, как вы этого не понимаете?