Нет, скорее антисемитизм британцев выявлялся как интуитивный отклик обычных душ, военнослужащих и чиновников, отклик на рыночные повадки, приверженцами которых часто оказывались евреи, или, напротив, в неприязни к антирыночным, социалистическим рывкам евреев, в которых (и тоже справедливо) евреев весьма обвиняли. Но, как бы и в какую сторону ни поворачивались настроения британцев, многие люди на Острове ощущали в евреях угрозу интересам империи — правда, меньшую, чем от арабов, которые прямо бунтовали и вымогали взятки. Британцы, действительно, могли бы предать евреев, какого бы светлого мнения об их демократии и народе не придерживался наш Жабо!

Арабская община куда больше устраивала колониальную администрацию. Она была им понятна: хотя арабы — вспыльчивые люди феодального образца, но если они не начинают бунт против сюзерена, то покорно повинуются. Как удобно! А евреи, те постоянно лезут к начальству со странными идеями — то «развивают хозяйство региона», то беспокоят коммунами-кибуцами или полусоциалистическими «мошавами» (поселениями), то выбивают лицензии на крупные предприятия, вроде комбината Мёртвого моря (а как быть в сём варианте с привилегией британских вельмож на получение колониальных прибылей?), то ещё с чем-то… Евреи надоедали начальству непредсказуемой активностью, неясными, а потому подозрительными целями (ради чего эти пришельцы из России и Польши так выкладываются в нашем протекторате? Что задумали?) Лично британские начальники предпочитали простых-простых арабов, мысленно многие из них были вообще рады отказаться от обещаний, выданных в Лондоне евреям.

(Чтобы не казалось, что я преувеличиваю меру антисемитизма англосаксов, процитирую сторонний источник — книгу воспоминаний знаменитого, хотя не британского, а американского раввина А. Херцберга — как аналогичная ситуация складывалась в те же годы в англосаксонской Америке: «Когда мне было 16 лет, я заканчивал школу в Балтиморе и отчаянно нуждался в стипендии для поступления в колледж.