Сначала пришла мысль сказать, что это он его избил и сломал ногу, но потом вспомнил, что в милиции наверняка помнят об их «отношениях» и подумают, что Олег решил отыграться. А потом вдруг подумал, что если сказать, что это было ограбление и сделал это не сам Банин, а его люди по его наводке, то менты начнут прессовать его отморозков по полной программе, и те могут рассказать что-то интересное про Бандеру. По телевизору Олег иногда видел в документальных фильмах о криминале как бандиты, попавшие за что-то одно, начинают в милиции рассказывать то, о чем их даже не спрашивали, сдавая своих подельников и рассказывая про их «подвиги».

«Если это сработает, то ублюдка надолго закроют — дел за ним хватает», — подумал тогда Олег и вызвал по телефону единственного своего верного друга, верность которого была гарантирована его зависимостью от Олега по работе.

Приехавший по звонку человек очень удивился странной просьбе Пивоварова — связать его, но вопросов задавать не стал. Надо, значит, надо. Может, он просто жену хочет разыграть, ему-то что? Его дело молчать. А вот приехавшие потом, по вызову, после прихода Ирины менты, услышав объяснения «потерпевшего» и фамилию Банина, сразу вызвали УБОП.

Как тогда Олег жалел, после всего, что побоялся попросить своего друга вывезти из дома хотя бы аппаратуру и ценности. Но и риск был, соседи могли это увидеть и узнать его заместителя, иногда приезжавшего к нему. Атак, на вопрос милиции «что пропало из дома» Ирина, осмотрев квартиру, не смогла назвать ничего. А Олег, вспомнив, что расплатился с одним из рабочих, делавших ремонт в их квартире, своей старой дубленкой, назвал ее похищенной. В милиции и в УБОПе тогда по этому делу сильно потешались: грабители ворвались в квартиру, связали и избили хозяина, даже сломав ему ногу, и похитили старую дубленку.

Узнав, что его план провалился, и менты, видимо, раскусившие его игру, даже не арестовали ни Банина, ни его дружков, Олег стал писать в милицию заявления о преследовании и даже убедил в этом свою жену, сказав, что это нужно для безопасности их семьи и ребенка. Но и эти заявления тогда не помогли. В управлении давно знали о соперниках и принимали его заявления лишь для виду. К тому же Банин тогда уже начал снимать свой фильм и заявил ментам, что с криминалом покончил.