Испанский писатель Гарсия Мартинес в "Двойниках" принимает существование двух параллельных миров уже как аксиому и, опираясь на нее, рассказывает незатейливую, смешную историю о маленьком человеке, его нескладной жизни в нашем мире и эфемерном успехе в мире параллельном.

Наконец, у американского фантаста Д. Биксби ("Улица одностороннего движения") мы видим множество параллельных миров. Биксби рассказывает о человеке, потерявшем право распоряжаться собственной жизнью и пытающемся это право отвоевать.

Гипотезу временной петли отлично иллюстрирует рассказ "И снова в путь..." одного из старейших американских фантастов Лестера дель Рея. Здесь повествование о человеке, вынужденном снова и снова повторять уже известный путь, ведется в лирических, слегка грустных тонах.

Молодые польские фантасты А. Марковский и А. Вечорек в рассказе "Consecutio temporum" показывают иной, трагический аспект той же ситуации и попытку человека вырваться из временной петли.

Рассказ американского фантаста послевоенного поколения А. Бестера - это один из вариантов "опровержения" возможности временных путешествий. Дополнительный интерес его состоит в том, что, сохраняя всю увлекательность настоящего фантастического произведения, он в то же время пародирует штампы коммерческой фантастики, ее стандартные образы, традиционные сюжетные ходы и сомнительное "философское" глубокомыслие.

Другой американский фантаст того же поколения Д. Финней в рассказе "Боюсь..." возвращается к волнующей его теме бегства людей от своего времени.

Бегство от своей эпохи, от действительности - ведущий мотив произведений западных фантастов, посвященных путешествиям во времени. Бегут в прошлое герои Р. Бредбери, Р. Силверберга, А. Бестера и многих других. Чем объяснить этот навязчивый мотив? Чем объяснить, что западные фантасты все реже решаются отправлять своих героев в будущее, что они охотнее предпочитают говорить о приключениях в далеком прошлом, придумывать головоломные парадоксы и эффектные противоречия, чем ставить социальные проблемы настоящего?