Закат окрашивает пляж в красновато-оранжевые тона.

И на нем полно купальщиков!

Алеша видит, как "ишачок" Вадима хищно проносится вдоль пляжа. Голые ребятишки, словно желтые утятапуховички, разбегаются во все стороны, шлепаются в воду. .. Женщины падают на-песок. Одна, стоя поодаль, машет полотенцем. Совсем как на ястреба. Только "кышкыш" не слышно за шумом мотора.

Алеша тоже не прочь принять участие в веселом переполохе. Нацеливается на полотенце. Слегка прижимает машину, но вдруг замечает коренастую фигуру...

Комэск! Да, майор Курдубов выходит из воды.

Мгновенно Алеша делает горку: снизу труднее будет разглядеть хвостовой номер его самолета. Он отчаянно сигналит правым крылом: "Полундра!" Но Вадим и сам заметил: резко разворачивается, скрывается над лесом.

И Алексей тоже чуть не рубит винтом макушки сосен - хочет заслониться ими от пляжа. Вот уже лес позади, Алеша снижается до бреющего. Взмывает лишь у Кулайского бора - своей законной зоны пилотажа.

А все же ему жаль расставаться с бреющим. Каждого летчика радует скорость, ощущаемая только у самой земли особенно остро.

Тем временем "ишачок" Вадима стелется вдоль протянувшихся на километр кузьминских огородов. Отсветы заката поочередно вспыхивают в окнах деревенских домов. Вот яркое зарево взвилось в крайнем. Но самолет пронесся, и жаркий блеск внезапно погас. Зато солнце запылало, зажглось в стеклах соседнего дома. Словно огонь обнял его целиком, весь закрыл блестящим занавесом. Кажется, не "ишачок" мчится вдоль деревенского порядка, а пламя перескакивает с избы на избу. Да, так же легко и быстро перебегают огоньки по сухой ветке, если она лежала с краю костра и вдруг занялась. Вадим наслаждается игрой закатных лучей, неповторимой, чуть тревожной радостью скорости, тем странным чувством свободы, которое всегда охватывает его на бреющем.