В трех или четырех районах города вовсю шла азартная стрельба. Со стороны Ханкалы ударил миномет-стодвадцатка и все с интересом послушали: пойдет мина в горы, или, наоборот, прилетит привет федералам. Отсвистелась и бухнула непонятно - где-то на окраине.

Ясность внесла рация. Голос какого-то двести тридцатого, до этого возбужденно докладывавшего Ханкале об обстреле его блока, и просивший "поддержать огоньком", затребовал сто тринадцатого и яростно, чуть ли не матом, напустился:

- Ты куда, чудило, пуляешь?

- Куда-куда?! В согласованный квадрат. Не ты сегодня мне рисовал?..

- Какой на... согласованный, ты мне чуть блок не развалил!

- Но-ови-ичок, - протянул Танкист, глу-упенький...

Это точно. Битые жизнью командиры всегда не только лично согласовывали планы огневой поддержки с минометчиками и артиллеристами. Они дотошно сверяли карты (бывало, что огневой поддержке и их "подзащитным" давали листы с различными обозначениями своих и чужих целей и даже с разным масштабом). Затем, вернувшись к своим и надежно укрыв личный состав, просили разок-другой подвесить осветительные мины, и, убедившись, что все в порядке... никогда, без крайней смертной нужды, не просили огневой поддержки! Ведь неизвестно, кто встанет "у ствола" - многоопытный артиллерийский снайпер, или свежеобученный новичок. Да и боеприпасы зачастую расстреливаются из древних запасов, не угадаешь, где упадут. На блоке сидеть - не в атаку ходить, когда все надежда на богов войны и огненный каток, что бежит впереди тебя. Если при оборудовании блока лодыря не гонять и потом ушами не хлопать, в девяносто девяти случаях из ста можно своими силами "отмахаться".

- Тот особняк, что мы вчера хотели проверить, принадлежит родственникам Ду даева. То ли теще, то ли еще кому-то из ближних, - вдруг, ни с того ни сего сказал Танкист.

- Точно? - Змей заинтересованно приподнялся.

- Я у главы администрации узнавал - подтвердил Кристи.