Часто новые каналы проводятся по незабытым трассам старых, как бы воскрешая угасшую традицию древней культуры. А культура земли у армян начинается с незапамятных времен и очень высока. Взять хотя бы следы оригинальных водохранилищ — искусственных озер. На Арарате и на горе Араилер по горным уступам сохранились впадины от бывших водоемов, сообщавшихся друг с другом; весной они наполнялись водой от таяния снега, летом вода из верхних озер стекала в нижние, а оттуда — на пашни. Араилерские озера снабжали поливною водой селение Егвард, славившееся лучшей в Армении пшеницей. Долгое время эта древняя слава лепилась к деревушке Егвард только как ничем не оправданная легенда. Но после Октябрьской революции две советские женщины, А. А. Егикян и А. А. Мкрчан, — обе кандидатки биологических наук и мичуринки, — вывели новый, замечательный сорт пшеницы и назвали его «егварди-4». Это исключительный по своей высокой урожайности сорт. Во всем нашем Союзе есть еще только один, подобный ему. И слава новой, советской пшеницы затмила легендарную славу древней.

До нас дошло немало источников, из которых видно, что Армения (как и вся Передняя Азия) была родиной многих сортов пшеницы, ржи, винограда, целого ряда плодов и орехов и даже таких кормовых трав, как персидский клевер, люцерна и вика. Люцерну (по-армянски аспаст), по свидетельству Плиния, перевезли даже из Армении в Грецию как корм для утучнения скота. Французский писатель Виталь Кинэ пишет, что «во всей Передней Азии римляне не знали страны, которая лучше бы обрабатывалась, чем долина реки Аракса»

Но если раньше армянский крестьянин трудился под ярмом иноземных завоевателей и собственных господ, светских и духовных, если раньше плоды этого труда отнимались у него поработителями, наместниками, князьями, духовенством и тяжкий, подневольный труд часто был для него проклятием, то после Октябрьской революции, когда армянский народ стал хозяином своей земли, страстная тяга к свободному труду на земле воскресла в нем с огромной силой.