Своеобразное положение всей республики высоко в горах сочетается с большою ее изрезанностью, часто делающей очень трудными сношения отдельных районов друг с другом. Если посмотреть на карту, можно увидеть, как вся она исчеркана коричневыми хвостиками горных хребтов. На самом севере, где начинается Грузия, — Мокрые горы, носящие ныне названье Гукасянских и Кечутских, Базумский и Памбакский горные хребты, идущие параллельно друг другу и разделенные узким ущельем реки Памбак; в центре — хребты Гегамский, Южно-Севанский, Севанский и Мургуз, обрамляющие синее зеркало высокогорного Севанского озера; на юге — Зангезурский, Баргушатский и Айоц-дзорский хребты.

Эти хребты Армении идут двумя рядами: на севере они почти параллельны; в центре они ломаются, расходясь вокруг озера Севан; на юге то снова сближаются, то расходятся в стороны. Между горными хребтами лежат Памбакская, Зангезурская и другие долины, Лорийское и Ленинаканское плато, большая центральная Араратская равнина.

Но горные хребты прорезываются еще десятками других незначительных ущелий, и многие из них прячут свои небольшие долины, в которых уже тысячелетия назад шла жизнь армянского народа, как сосредоточивается она в них и сейчас. Вот почему с древнейших времен сохранился в Армении своеобразный учет долин, счет на долины. До сих пор можно услышать у армянских сказителей про злое чудовище, обложившее родник или захватившее речку, чтобы сторожить от смертных число долин, не давая никому их сосчитать

Над этим миром горных хребтов, ущелий и бесчисленных долинок стоят, осеняя их, две горы, как постоянные величавые спутницы армянского пейзажа. Одна — Арарат (по-армянски — Масис), высотой в 5 с лишним тысяч метров, — возносит свое белоснежное двуглавие над Арменией, зимою и летом оставаясь закованной в вечный снег; она, правда, находится сейчас за рубежом республики, в пределах Турции, но это гора армянской истории и легенды, гора армянского пейзажа, неотъемлемая от него, как Везувий от Неаполя, и потому описание Армении без нее немыслимо.