долларов. Это второй по величине пакет после государственного пакета акций в «Газпроме», равный пакету, принадлежащему немецкой компании E.ON-Ruhrgas (6,4%). Размер дивидендов по такому пакету акций, исходя из уровня газпромовских дивидендов 2007 года, составляет свыше 170 млн. долларов в год, а исходя из уровня дивидендных выплат, принятого, например, в российских частных нефтяных компаниях — примерно 1,1–1,7 миллиарда долларов. Владелец такого пакета может рассчитывать на проведение своего кандидата в число 11 членов совета директоров «Газпрома»и непосредственно влиять на управленческие решения в компании.

Как такой пакет мог пропасть из-под прямого контроля государства — вообще непонятно. В 1998 году, например, государство продавало с аукциона всего 2,5% акций «Газпрома» — был организован абсолютно открытый аукцион, его подготовка и проведение активно освещались российским ТВ, на прозрачных торгах победил германский Ruhrgas. Сейчас с баланса дочерних компаний «Газпрома» пропал пакет существенно больший — и о судьбе его ничего не известно.

Если бы эти 6,4 % акций были проданы на открытом рынке с аукциона сегодня, «Газпром» мог бы получить до 20 млрд. долларов, которые могли бы быть направлены на развитие газодобычи.

Однако куда исчезли эти акции, остается вопросом.

Стоит упомянуть и еще об одной афере с акциями «Газпрома» — «выкупе» государством 10,7% акций летом 2005 года с целью доведения государственного пакета акций в «Газпроме» до контрольного.

Восстановление контроля государства в «Газпроме», утраченного во времена Рема Вяхирева — благая цель. Против нее никогда не возражали даже либеральные реформаторы. Однако каким способом это было сделано?

Государство фактически могло вернуть себе контроль «малой кровью», за относительно небольшие деньги, переведя акции с баланса «дочек» «Газпрома» на баланс материнской компании и погасив их как казначейские акции. В этом случае государство бесплатно увеличило бы свой пакет акций с 39,3 %