Обывателю, пусть даже заседающему в Государственной Думе и в правительстве, полагается думать, что просветителями России были народовольцы и большевистские ликбезы. Имя иеромонаха Тимофея или братьев Лихудов ему, скорее всего, ничего либо мало что скажет. В ополчении 1612 г. либерал-патриоты согласны, на худой конец, видеть некий зародыш гражданского общества, но о подвиге патриарха Гермогена они вряд ли упомянут, если вообще знают о нем. При подходящем случае они вспомнят Александра Невского и Ледовое побоище, Дмитрия Донского и Куликово поле, но о сути этих событий – угрозах окатоличивания, омусульманивания и, как следствие, потери национальной идентичности, исчезновения народа – им ничего не известно. Они и не хотят этого знать страха ради см. выше. Их право и личное дело – думать, что то были сражения за ресурсы, наподобие теперешней войны в Ираке. Однако в масштабах России подобное злостное невежество уже смертельно опасно. Угрозы лишения национальной идентичности не ушли в прошлое, наоборот, их стало больше.

Нас, наследников тысячелетней православной России, по-прежнему отлучают от собственной настоящей истории. Почему это делали с 17-го по конец 80-х, понятно. Почему это делают сейчас, тоже в общем ясно – просто из страха. История – великий созидатель. Она творит будущее, вдохновляя и воодушевляя огромные массы народа. Официозные патриоты, наследники маньяка-мясника, хорошо знают, на что может вдохновить русский народ его собственная православная державно-имперская история. История великого национального творчества, самоотверженного труда, каждодневного подвига ради веры и отечества. Они этого боятся. Им это не нужно.